ундуками; мысль о том, что Питер станет преследовать
  оленя, была просто смехотворной. На обратном пути ей придется очень часто
  останавливаться и поджидать его.., и придет время, а оно не за горами (и
  даже очень-очень близко, как упорно нашептывал ей внутренний голос), когда
  Питер будет постоянно тащиться за ней на расстоянии четверти мили,
  захлебываясь непрерывным лаем где-то позади нее в гуще леса. А потом
  настанет день, подумала Бобби, когда закрадется мысль - хорошего понемножку;
  она похлопает рукой по сиденью купленного недавно "Шевроле" рядом с собой и
  повезет Питера к ветеринару в Огасту. Но только не этим летом, пожалуйста,
  Боже. Или даже не этой зимой. Пусть этого вообще никогда не случится.
   Потому что без Питера она останется одна. Конечно, есть Джим, но у Джима
  Гарденера практически не осталось волос по прошествии этих восьми лет. Все
  еще друг, но.., лысый.
   - Спасибо за поддержку, старина Пит, - проговорила она, обвязывая
  одну-две ленточки вокруг выбранных деревьев, отлично зная, что может срубить
  совсем другие деревья, а ленточки так и сгниют на стволах. - Твой вкус лишь
  улучшается от хорошего настроения.
   Питер, отлично зная, что от него требуется (он был стар, но не глуп),
  завилял обрубком хвоста и пролаял.
   - Покажи вьетконговца!. - приказала Андерсон. Питер с готовностью
  завалился на бок - у него вырвался легкий хрип - и перекатился на спину,
  вывернув наружу лапы. Это всегда повергало