чине дороги, и никто даже не подумал остановиться и проверить, что она
  здесь делает. Никто не проехал по девятому шоссе в это время. Когда они
  видели ее в беде, они не затормозили, а продолжали ехать как ни в чем не
  бывало.
   Что это за город?
   И снова - это невыразимое ощущение в желудке, словно горячая кислота. В
  это время она узнала это чувство: это был страх. Тогда она схватила его за,
  горло и убила его. Брат этого страха опять может появиться и, если это
  произойдет, она убьет и его...
   Она въехала во двор.
  
  16
  
   Энн встречала Джима Гарденера прежде лишь дважды, но она никогда не
  забывала его лица. Даже она узнала великого поэта, она думала, что смогла бы
  его учуять за сорок ярдов по ветру в обыкновенный тихий прохладный день. Он
  сидел на перилах балкона в тенниске и голубых джинсах с открытой бутылкой
  виски в руке. Он имел трех или четырехдневную щетину. Глаза его были
  воспалены. Хотя Энн не знала этого и не хотела интересоваться, Гарденер был
  в этом состоянии ни много ни мало уже два дня. Все его благородство и
  решительность угасли после обнаружения собачьей шерсти на жакете Бобби.
   Он смотрел на машину в палисаднике (обойдя почтовый ящик, медленно пройдя
  мимо) пьяным мутным взглядом изумления. Он смотрел на выходящую женщину,
  которая шаталась и держалась за открытую дверь в течение минуты.
   Ничего себе, подумал Гарденер. Это птица, это самолет, это экстра-сука,
  которая летит быстрее дурной вести,