капающей воды, и она поняла, что Бобби только что вышла из душа. Она была
  вся обнаженная под халатом. Хорошо. Но ее удовольствие было не таким
  огромным, как могло бы быть. Ее тревога осталась, ее впечатления были
  какими-то не правильными от фигуры, стоящей в дверном проеме.
   Это не самое удачное место, чтобы доказывать свою правоту.
   - Папочка умер, - сказала она. Напряжение в ее глазах достигло предела.
  Бобби осталась смутной фигурой в дверном проеме, который сообщался с жилой
  комнатой, - она полагала с ванной комнатой.
   - Я знаю. Ньют Берринджер звонил и сказал мне. Что-то было в ее голосе.
  Что-то существенно непохожее, вызывающее смутные мысли о фигуре. Она не
  вскрикнула от испуга. В первый раз в жизни Бобби не вскрикнула, увидев ее.
   - Мы похороним тебя вместе с ним. Твоя мать умрет, если ты не
  возвратишься домой, Бобби. Она выжидала паузу для Бобби. Стояла тишина.
   Ради Христа иди, куда я тебе скажу, ты маленькая трусиха. Энн... Бобби не
  такая...
   - Она спускалась вниз и сломала себе бедро.
   - Правда? - Спросила Бобби безразлично.
   - Ты поедешь домой, Бобби, вместе со мной. - Она хотела выразить силу,
  испугать ее своим резким голосом.
   - О, у тебя новые зубы, - сказала Бобби. - Конечно! Я не подумала об
  этом. Вот почему ты доехала.
   - Бобби, выйди ко мне, я хочу тебя видеть!
   - И ты тоже хочешь меня? - ее голос звучал странно дразняще. - Я
  удивлена.
   - Кончай ебать мне мозги, Бобби.