ерить
  этому был почти непреодолим. Если только не обходить простой факт, что
  обсуждаемая леди не могла никуда уйти, тем более в спешке, без посторонней
  помощи.
   Нет, - подумал Гарденер. - Никуда она не уходила. Единственный вопрос -
  убила ли ты ее или она в том проклятом ангаре с Питером.
   - Как долго продолжаются физические изменения, Бобби? - спросил Гарденер.
   - Еще недолго, - сказала Бобби, и Гарденер еще раз подумал, что Бобби
  никогда не могла придумать большей чепухи. - Ну вот мы и приехали. Припаркуй
  его возле пристройки.
  
  3
  
   На следующий вечер они рано закончили работу - все еще стояла жара, и
  никто из них не чувствовал в себе сил продолжать, пока не погас последний
  луч. Они возвратились в дом, разложили по тарелкам еду и даже немного поели.
  Помыв посуду, Гарденер сказал, что он намеревается прогуляться.
   - Вот как? - Бобби смотрела на него с настороженностью, которая была
  основой ее реакций. - Мне кажется, что ты достаточно сегодня повкалывал.
   - Солнце сейчас садится, - легко сказал Гарденер. - Сейчас прохладнее.
  Нет мошкары. И... - он невинно посмотрел на Бобби. - Если я выйду на
  веранду, я наверняка возьму бутылку. Если возьму бутылку, то наверняка
  выпью. Если же я предприму данную прогулку и вернусь домой усталым, может
  быть, я смогу свалиться в постель хотя бы один раз трезвым.
   Все это было в достаточной степени правдиво.., но в этом гнездилась
  другая истина, как одна китайская коробочка