зырек. Бобби должна была сходить в
  ванную и принести его, пока он менял рубашку. Это был его "валиум".
   - Садись, Гард, - сказала Бобби.
  
  3
  
   Гарденер поставил защиту мыслей, как только вылез из корабля. Вопрос был
  в том, как много от нее осталось.
   Он медленно прошел через комнату и сел на стол. Он чувствовал, как
  пистолет давил на желудок и пах; он чувствовал также его давление на свой
  мозг, тяжело лежавший под тем, что осталось от защиты.
   - Это мне? - спросил он, показывая на пилюли.
   - Я подумала, почему бы нам вместе не выпить пива, - ясно сказала Бобби.
  - Как друзья? И ты можешь брать таблетки, пока мы беседуем. Я думала, это
  будет самый добрый вариант.
   - Добрый, - задумчиво сказал Гарденер. Он почувствовал первый слабый
  толчок гнева. Зачем снова играть в дурака, песенка спета, но привычку надо
  ломать. Он сам был одурачен с избытком. Но тогда, - думал он, - может быть,
  ты - исключение из правила, Гард, старина Гард.
   - Я беру пилюли, а Питер получил этот жуткий морской аквариум в сарае.
  Бобби, твое определение доброты претерпело охренительно радикальные
  изменения с тех пор, как ты плакала, что Питер принес домой мертвую птичку.
  Помнишь то время? Мы жили здесь вместе, мы выставили твою сестрицу, когда
  она пришла, и никогда не засыпали ее просьбами заходить еще. Мы просто
  хорошенько лягнули ее под зад. Он мрачно взглянул на нее. - Помнишь, Бобби?
  Это было, когда мы были и любовниками, и друзьями.