в приемную генерального прокурора
  в Огасте и поговорить с другими чокнутыми. С тех пор, как я одел эту форму,
  лучшим генеральным прокурором во всем штате считается Джим Тайерни, и
  знаешь, где он сейчас, Смоки?
   - Нет.
   - Он в отпуске, - проговорил Торгесон с диковатым смехом. - В первом со
  времен своего поступления на службу. Единственный из администрации, кто
  может разобраться в этом идиотизме, в настоящее время уехал с семьей в
  кемпинг в Юту. В Юту, мать твою! Здорово, а?
   - Здорово.
   - А что за херня имеет место быть?
   - Я не знаю.
   - Еще потери?
   - Я забыл лесного спасателя из Ньюпорта, он умер, - неохотно ответил
  Доусон.
   - Кого?
   - Генри Амберсона.
   - Что? Генри? О боже!
   Торгесон почувствовал, что кто-то невидимый сильно заехал ему под
  ложечку. Генри Амберсона он знал почти 20 лет - они не были близкими
  друзьями, но когда все было тихо, то вместе играли в криббедж или понемногу
  ловили рыбу. А их семьи вместе обедали.
   О, боже. Генри, Генри Амберсон. А Тайерни сейчас отдыхал в сраной Юте. -
  Он что, был в одном из разведывательных джипов, которые выслали на место?
   - Да. Знаешь, у него при себе оказался шагомер, ну и...
   - Что? Что же? - Торгесон сделал шаг в сторону Смоки, как бы собираясь
  встряхнуть того. - И что?
   - Тот парень, что вел Джип, передал, вероятно, по рации, что прибор
  взорвался у того на груди.
   - Бог мой!
   - Это еще не точно, - быстро вставил Доусон. - Еще