епрощенно возникла в его мозгу: ее
  нос не скользил по его щеке, а разрезал ее, как лезвие бритвы. У нее был
  высокий лоб, несуществующие груди и глаза, серые, как ледник в облачный
  день. Она вела свое происхождение от прибытия "Мэйфлауэра" к американским
  берегам.
   Гарденер работал раньше на нее, и хлопот было предостаточно. Он
  участвовал в "Поэтическом Караване Новой Англии", 1988, при довольно
  страшных обстоятельствах... Но причина его внезапного включения была в мире
  поэзии не более неслыханна, чем в джазе и рок-н-ролле. У Патриции Маккардл в
  последний момент оказалась дыра в ее анонсированной программе, так как один
  из шести поэтов, включенных в этот счастливый летний круиз, повесился в
  своем клозете на ремне.
   - Совсем как Фил Охс, - сказал Гарденеру Рон Каммингс, когда они сидели в
  автобусе где-то сзади в первый день тура. Он сказал это с нервным хихиканьем
  плохого-мальчика-с-задней-парты. - И потом, Билл Клотсуорт всегда был сукин
  сын.
   Патриция Маккардл прослушала двенадцать поэтов и, отбросив высокопарную
  риторику, сжала программу до шести поэтов, которым платила зарплату одного.
  После самоубийства Клотсуорта она в три дня нашла публикующегося поэта в
  сезон, когда наиболее печатаемые поэты были плотно задействованы ("Или на
  постоянных каникулах, как Силли Билли Клотсуорт", - сказал Каммингс,
  натянуто усмехаясь).
   Некоторые, если не все, заказчики задержали бы выплату обещанного
  гонорара,