ма делай свои дурацкие гренки, - ворчливо сказал Гарднер. - Я
  приехал сюда не для того, чтобы готовить тебе завтрак.
   Андерсон замерла:
   - Ты прибыл сюда... Вчера? Под дождем?
   - Да.
   - Да что же это происходит?! Мюриел сказала, что ты освободишься не
  раньше тридцатого июня.
   - Ты звонила Мюриел? Когда?
   Андерсон махнула рукой, как будто это не имело никакого значения. Она
  вновь спросила:
   - Что случилось?
   Гарднер хотел было рассказать ей, но что-то сдержало его. Зачем,
  собственно, это нужно Бобби? Чем она поможет? Нет, не сейчас... возможно,
  позднее...
   Возможно.
   - Потом, - сказал он. - Я хочу знать, что происходит здесь.
   - Сперва завтрак, - улыбнулась Андерсон, - потом остальное.
  
  
   Бобби ела так жадно, будто уже очень давно не видела ни крошки. Она
  не проявляла ни малейших признаков депрессии. Доев, она обтерла салфеткой
  губы:
   - Отлично, Гард.
   - В Португалии лучшей похвалой повару считается отрыжка у клиента.
   - А что они там, в Португалии, делают после сытного завтрака? Ложатся
  отдохнуть?
   Она откинулась на спинку стула. Полотенце сползло с ее волос, и Гард
  едва подавил в себе бешеное желание схватить ее и утащить в постель.
  Слегка улыбнувшись, он сказал:
   - Очень рад, что ты довольна.
   Он бросил ей пачку "Кэмела". Она достала сигарету и вернула ему пачку
  со словами,