ми, что вряд ли осилит ее.
   Когда она докуривала свою сигарету, он успел выкурить четыре.
  
  
   Ты осмотрелся, - начала Андерсон. - Я знаю, ты ходил и смотрел.
  Теперь ты понимаешь, как я чувствовала себя, когда нашла в лесу эту штуку.
   - Какую штуку?
   - Если я скажу тебе это сразу, ты решишь, что я сошла с ума. Позже я
  покажу тебе ее, а сейчас нам лучше просто поговорить. Расскажи, что ты
  увидел. Какие нашел перемены?
   Гарднер обдумывал, с чего же начать расспросы. Бобби, безусловно,
  знала, что он успел увидеть многое в ее доме. Неожиданно для себя он
  сказал:
   - Странно, что ты нашла время для новой книги. Большой книги. Я
  прочел немного, пока ты спала. Это лучшее, что ты когда-либо написала...
  хотя ты всегда писала неплохо.
   Андерсон кивнула, польщенная:
   - Спасибо. Я тоже так думаю.
   - Сколько же ты писала ее?
   - Не помню точно. Возможно, дня три. Во всяком случае, не больше
  недели. Большую часть - во сне.
   Гард улыбнулся.
   - Ты ведь знаешь, что я не шучу, - сказала Андерсон.
   Гарднер перестал улыбаться.
   - Бобби, это невозможно.
   - Если ты действительно так считаешь, ты недооцениваешь мою пишущую
  машинку. Разве ты не видел рулоны бумаги, ящики с батарейками, а?
   - Бобби...
   - Просто я сделала одно приспособление, для которого скупила все
  батарейки в округе. Слава