глядя под ноги, сказал Давид.
   - И как тебе кажется, они будут хорошими?
   - Не знаю.
   Давид вспомнил, как грубо выгнал его из комнаты Хилли, и решил
  воздержаться от комментариев.
   Он выглянул в окно и увидел Джастина Харда, распахивающего свое поле
  на тракторе. Распахивать в середине июля? На мгновение мысли
  сорокадвухлетнего Джастина Харда стали открытой книгой для четырехлетнего
  Давида Брауна, и Давид понял, что Джастин собирается вскопать весь сад,
  разбить его на квадраты и посадить горох. Джастин Хард считал, что сейчас
  май. Май 1951 года. Джастин Хард сошел с ума.
   - Не думаю, что эти фокусы будут хороши, - подытожил Давид.
  
  
   На показе новых фокусов присутствовали семь человек: мать и отец
  Хилли, дедушка по материнской линии, Давид, Барни Аппельгейт (которому,
  как и Хилли, было десять лет), миссис Креншоу из деревни (приятельница его
  матери) и сам Хилли.
   Аудитория разговаривала о чем-то постороннем. Аудитория смеялась и
  перешептывалась. Аудитория не ждала ничего выдающегося.
   Погода начала меняться. Небо потемнело, и на нем зловеще сверкало
  почти скрытое за тучами солнце. Мисс Креншоу с тревогой посматривала
  вверх, опасаясь града. Этот мальчик на сцене... в черном костюме...
  готовящийся к выступлению... Миссис Креншоу на мгновение захотелось убить
  его.
   Хилли показывал фокусы.