вишам, заполняя чистый лист
  фантастическим набором букв, цифр и знаков препинания. Она выдернула
  испорченный лист, в раздражении скомкала его и отшвырнула прочь.
   Едва позавтракав, она позвонила в университет, на факультет
  английской литературы. Джим там уже не преподавал восемь лет, но на
  факультете у него оставалось много друзей, и они знали, где его можно
  найти.
   Трубку сняла Мюриел, секретарша декана. Джим Гарднер, поведала она
  Андерсон, читает сейчас лекции в Бостоне.
   - Значит, он вернется... когда? Четвертого июля?
   - Ну, этого я точно не знаю, Бобби, - улыбнулась в трубку Мюриел. -
  Ты ведь знаешь Джима. Последнюю лекцию он прочтет тридцатого июня. Это
  все, что я могу тебе сообщить.
   Поблагодарив ее, Андерсон повесила трубку. Она представила себе
  Мюриел - высокую, рыжеволосую, настоящую ирландку. Интересно, спит ли она
  с Джимом? Очень даже может быть. Андерсон почувствовала укол ревности, но
  не слишком сильный. Мюриел - отличная деваха. Разговор с Мюриел немного
  поднял ей настроение: о ней помнят, она, хоть и условно, не выпала из
  сферы человеческих взаимоотношений.
   Зачем ей был нужен Джим? Во время разговора с Мюриел она наконец
  сумела это для себя сформулировать. Все дело в ее находке. Ей нужно
  посоветоваться с ним не насчет писания, а насчет копания. Она просто не
  хочет