она
  никак не могла покинуть город. Потому, что Давид пропал и все они знали
  это... но они также знали, что Давид все еще здесь, в Хейвене.
   Перед любым превращением всегда существует промежуток времени,
  который можно было бы назвать "танцем лжи". Хейвен как раз танцевал сейчас
  этот танец.
   Руфь только села посмотреть новости по телевизору, как зазвонил
  телефон. Но другом конце провода билась в истерике Мэри Браун.
   - Спокойнее, Мэри, - сказала Руфь, радуясь в душе, что успела
  поужинать.
   Теперь ей нескоро удастся поесть. Из бессвязных фраз Мэри она поняла,
  что сын Браунов попал в какую-то беду и это произошло с ним после того,
  как Брауны посмотрели какое-то представление, а другой ее сын, Хилли,
  словно стал эпилептиком...
   - Позови Брайена, - велела Руфь.
   - Но ты придешь, правда? - вопила Мэри. - Пожалуйста, Руфь, ради
  бога, до наступления темноты! Мы еще можем попытаться найти его! Я
  уверена, что можем...
   - Конечно я приду. Позови Брайена.
   Брайен был взволнован, но смог обрисовать ситуацию достаточно связно.
  Все это звучало безумно, но здесь, в Хейвене, в последние дни вообще
  творилось сплошное безумие.
   - Ты лучше поспеши к нам, - попросил он Руфь.
   Выходя из дому, Руфь на мгновение задержалась и взглянула с
  ненавистью на главную улицу городка. Черт бы вас побрал,