дит?
   Не беспокойся, Руфь, это просто вторжение из космоса, которое
  случилось много веков назад. Ты ведь понимаешь это? Вторжение призраков.
  Если хочешь понять, как они выглядят, загляни в глаза Бича Джеригана. Или
  Венди. Или в свои собственные.
   - То есть вы хотите сказать, что меня сожрут, - прошептала она.
   Руфь, ты смешная. А как же, по-твоему, происходит "превращение", если
  не так - смеялись куклы, а сознание Руфи постепенно уплывало куда-то
  далеко.
  
  
   Проснувшись в воскресенье утром с восходом солнца, она продолжила
  свой диалог с куклами.
   Почему? Почему именно она?
   Неважно почему, Руфь, - шептали куклы. - Твое дело послать сигнал...
  и умереть.
   Какие из этих мыслей принадлежат мне? И какие тем, кто руководит
  мною?
   Неважно, Руфь. Все равно это должно случиться, так пусть же
  произойдет поскорее. Хватит размышлять. Пусть все случится... потому что
  часть твоего существа хочет, чтобы это произошло, верно?
   Да. Большая часть ее существа - да. И хочет не так послать сигнал,
  как вырваться из этой иррациональной цепочки.
   Если все это должно исчезнуть, она предпочла бы исчезнуть вместе с
  ним.
  
  
   В этот вечер ей позвонил Батч Дуган, чтобы узнать, нет ли новостей по
  поводу Давида Брауна. Он сообщил ей некоторые новости. Брат пропавшего
  мальчика, Хиллмен, находился в госпитале