дную дверь и повесила ключ на гвоздик. Кукол она
  сложила в старый саквояж Ральфа и спустилась по ступенькам.
   Прогуливающийся неподалеку Бобби Тремейн радостно поприветствовал ее:
   - Вам помочь, миссис Мак-Косленд?
   - Нет, спасибо, Бобби.
   - Ладно.
   Он улыбнулся. Во рту его еще оставались несколько зубов.
   - Мы все любим вас.
   - Да, - сказала она, укладывая на переднее сидение машины саквояж. -
  Мне это хорошо известно. Иди, Бобби.
   Он ушел, оглядываясь через плечо, и его юное лицо выглядело
  встревоженным и озабоченным.
   Руфь подъехала к городскому залу.
   Саквояж был тяжеловат, и она с трудом втащила его по ступенькам.
  Голова опять начала раскалываться от ноющей боли. Она облизнула губы, и
  сразу два зуба выскочили изо рта, испачкав кровью блузку, и покатились по
  ступенькам.
   С трудом добравшись до третьего этажа, она остановилась, чтобы
  перевести дыхание, и выглянула в окно. И тут увидела их всех. Все они
  смотрели на нее. Казалось, весь город собрался под окнами зала.
   Не глядя больше в окно, Руфь быстро начала доставать кукол из
  саквояжа. Затем она достала провод, примотала к своей руке один его конец,
  а вторым обвязала кукол. В горле у нее стояли слезы, а во рту ощущался
  вкус крови. Потом, передумав, она принялась вдруг укладывать кукол в круг
  так, чтобы они касались друг друга