- Я хочу знать, что произойдет со стариком, - повторил Батч.
   Бобби с усилием подняла ружье. Левой рукой она пригладила волосы.
  Жестом она предложила Батчу помочь ей подняться. В глазах ее он прочитал
  непреклонность.
   - Я не хочу убивать тебя, - повторила она. - И ты это знаешь. Но если
  ты произнесешь еще хоть слово, эти люди расстреляют тебя прямо здесь. И мы
  похороним тебя рядом с Бичем.
   Беспомощность сковала Батча, и в голову к нему пришла мысль: Это сон.
  Все это - сон.
   Бобби улыбнулась без тени юмора.
   - Можешь думать и так, если хочешь, - сказала она. - А теперь пойдем
  в машину.
   Батч сел за руль. Бобби взобралась на переднее сидение. Она
  продолжала истекать кровью. Двое мужчин помогли ей усесться.
   Неважно, что она думает. Я знаю, что она скоро умрет.
   Бобби повернула к нему голову и посмотрела на него. Этот отчетливый
  голос
   (думай что хочешь)
   вновь прозвучал в его голове.
   Арчинбург, Саммерфильд и Мак-Кин уселись на заднее сидение, держа
  пальцы на спусковых крючках.
   - Езжай, - приказала Бобби. - И помедленнее.
   Батч завел машину. Напоследок он еще раз увидел Иверетта Хиллмена.
  Старик стоял в лучах солнца, отражавшегося в металлической поверхности
  корабля. Вокруг него стояли вооруженные люди, а на земле лежало нечто
  похожее на бревно.
   Ты все хорошо сделал, старина.