ло разбитое окно...
   Так заканчивался в Хейвене июль.
  
  
   Понедельник, 1 августа.
   Джон Леандро из газеты "Дейли Ньюс" разговаривал со свои коллегой
  Давидом Брайтом.
   Если бы хейвенский внутренний круг - те, кто предпринимал походы в
  сарай Бобби Андерсон, - могли слышать, что сейчас говорит Леандро, его
  дни, а возможно и часы, были бы сочтены.
   - Я собираюсь исследовать Хейвен, - говорил он. - Все интересное, что
  происходит в последнее время, начинается там. В Хейвене исчезает ребенок,
  в Хейвене погибает женщина; Роудс и Габбонс не возвращаются из Хейвена.
  Дуган кончает жизнь самоубийством. Почему? Потому что он любил женщину по
  имени Мак-Косленд, которая жила в Хейвене.
   - Не забудь также старика, который рассказывал тебе про исчезновение
  внука. Кажется, теперь я начинаю ему верить...
   - Так что же это такое? - драматично спросил Леандро. - Что
  происходит в Хейвене?
   - Есть один интересный доктор, - лениво потягиваясь, сказал Брайт,
  думая в это время о старом Иве, - доктор Фу Манчу. Что-то я помню о нем с
  детства. О нем и о зеленых человечках из космоса... Может быть, в Хейвене
  заключен альянс доктора и человечков?! Ладно, шучу, - добавил он, увидев
  вытянутое лицо собеседника. - Что-то плоховато у тебя стало с чувством
  юмора.
   Леандро встал:
   - В пятницу у меня начинается отпуск, и я собираюсь