н думал о том, как эта штука столько столетий простояла,
  удерживаемая столь легко преодолимой преградой. Потом он вдруг начал
  смеяться. И даже когда Энди Бозмен вскарабкался наверх и ударил его
  кулаком в лицо, отчего Гард упал на землю, он не мог остановить этот смех.
  
  
   Четверг, 4 августа.
   Наступило утро, но до сих пор никто из хейвенцев не показывался.
  Приложив носовой платок к разбитому лицу, Гард решительно направился к
  стоящему во дворе Бобби грузовичку.
   Ночью они опять приезжали, на этот раз на "кадиллаке" Арчинбурга, и
  заседали в сарае. Он видел, как они приехали и заходили туда. Когда кто-то
  из них закрыл дверь, Гард заметил сияющий зеленый свет, струящийся
  изнутри. Они зашли, забыв прикрыть за собой двери. Сейчас они были самыми
  сияющими людьми во всем штате Мэн, хотя и не могли видеть себя со стороны.
   Интересно, - думал Гард, - может быть, когда они входят внутрь, они
  подвергаются какому-то воздействию, вызывающему экзальтацию?
   Что с того, что я видел, как они входят туда? Ведь я так и не знаю,
  чем они там занимаются.
   Он услышал шум подъезжающего грузовичка. Мотор заглох, и из кабины
  вылез человек. Он был незнаком Гарднеру. Тремейн, Эндерс, Бозмен... теперь
  еще вот этот.
   - Мосс Фримен, - представился человек. - Приехал помочь тебе.
   - Да, мне нужна твоя помощь, - медленно протянул