Сотня голосов одновременно ответили ему.
   (мы знаем, Эшли, все в порядке... тссс... тссс...)
   И Эшли улыбнулся, обнажив в улыбке беззубый рот.
  
  
   У нее урчало в животе.
   Ее тошнило.
   Ей хотелось выйти из машины и лечь прямо на землю у обочины дороги.
   Может быть, это потому, что она забыла позавтракать? А может быть,
  виноват вчерашний ужин? Так и есть, мерзавец официант решил отравить ее!
   Я могу умереть... о Боже, наверное, я уже умираю. Но если я не умру,
  то подам в суд на этого мерзавца! Я устрою ему такую жизнь, что он
  пожалеет, что родился на свет!
   Эта мысль придала Анне силы. Она подъезжала к усадьбе, где на
  почтовом ящике было начертано: АНДЕРСОН. Внезапно ей в голову закралась
  ужасная мысль. Предположим, Бобби написала свое имя на чужом почтовом
  ящике, надеясь, что она, Анна, поверит и попадет в дом к чужим людям...
   Но нет, там было написано: Р.АНДЕРСОН. И потом, именно этот двор был
  изображен на фотографиях, которые присылала как-то матери Бобби. Анна
  узнала его. Усадьба покойного дяди Френка. Ферма старого Гаррика. У ворот
  припаркован голубой грузовичок. Место было тем самым, но каким-то другим
  было освещение. Это немного смутило ее, и она с удивлением обнаружила в
  себе нечто напоминающее страх.
   Освещение.
   Странное освещение.
   Ее прошиб пот, и на светлом платье образовались