и
  я своего мнения по поводу того, как ею пользоваться.
   - А ты изменил?
   - Нет. - Гарднер и сам не знал наверняка, ложь это или правда, но был
  рад, что Бобби не может прочитать его мысли.
   Боже, думал в ужасе он, неужели так бывает всегда, когда сам
  становишься призраком? Неужели ты начинаешь при этом походить на
  уменьшенную копию атомной бомбы?
   Бобби, держащая в руках какие-то инструменты, быстро оглянулась на
  Гарднера:
   - Что?!
   Я сказал, что пора заняться делом, лентяйка, - отчетливо подумал
  Гарднер, и выражение изумления на ее лице сменилось улыбкой.
   - Ладно. Помоги мне.
   Конечно, они не стали сразу же "людьми-невидимками". Они теряли
  волосы и зубы, их кожа истончалась и становилась прозрачной. Словом,
  происходило физическое "превращение".
   Он вновь подумал: Встречайте нового хозяина. Встречайте так же, как
  встречали старого.
   Бобби вновь вопросительно взглянула на него.
   - Что ты сказал, Гард?
   - Я сказал: "Пошли, хозяйка".
   Мгновение помолчав, Бобби кивнула:
   - Да, - сказала она. - Не будем терять время.
  
  
   Они ехали на тракторе к месту раскопок.
   - Твоя сестра уехала? - поинтересовался Гарднер.
   - Верно, - ответила Бобби. - Она уехала.
   Ты все еще не умеешь правдоподобно лгать, Бобби. И я думаю - я
  действительно думаю, - что я слышал ее стон.