овисла в воздухе, почти
  осязаемая.
   И дальше, как развитие этой мысли, в головах каждого прозвучало то,
  чего все они опасались больше всего: ОСТАНОВИТЬ ЕГО, ПОКА ОН НЕ НАНЕС
  УЩЕРБ КОРАБЛЮ, ОСТАНОВИТЬ ЕГО, ОСТАНОВИТЬ ЕГО, ОСТАНОВИТЬ ЕГО.
  
  
   Ошеломленный происшедшим и обессиленный, Гард стоял над распростертым
  на полу телом Бобби. Валиум начал действовать. Больше всего Гарду сейчас
  хотелось спать.
   Двигаясь как сомнамбула, он добрался до умывальника, взял стакан,
  высыпал в него всю соль из солонки, долил воды и не размешивая выпил.
  Через пару минут его тело сотрясала кровавая рвота. Но принятые таблетки
  продолжали свое действие. Борясь со сном, Гард неловко сел на краешек
  стула. В голове его проносились бессвязные мысли... О Бобби... О том, как
  счастливы они были... О Питере... Мир в его глазах померк. Гард из
  последних сил приказал себе не спать... и глаза его закрылись.
  
  
   Пробудившись от забытья, Ив Хиллмен внезапно почувствовал, что с
  Гарднером неладно. Он прислушался. Так и есть - спит.
   Спит... и обо всем забыл...
   ...но существует еще Давид.
   Умирающий Давид. Ив слышал мысли внука, и это придавало ему силы.
   Ив боролся с темнотой.
   Боролся и звал:
   Вставай! Вставай! Ты должен выйти из дома! Ты должен выйти на свет!
  Ты должен спасти Давида! Вставай! Вставай! ВСТАВАЙ!
  
  
   Сквозь сон