арднера.
   Воцарилась тишина. Жена Теда отодвинулась от мужа. Он вздрогнул.
  Сейчас он сам напоминал Гарднеру затравленного кролика.
   - О, мы имеем самую различную информацию, - криво ухмыльнулся он. -
  Большая часть ее - не что иное, как русская пропаганда. Люди, подобные
  этому идиоту, рады поверить и разнести ее по всему свету. Все, что мы
  знаем точно, - это то, что Чернобыль был не несчастным случаем, а попыткой
  заставить нас...
   - О Боже! Сейчас ты начнешь рассказывать нам, что и в могиле можно
  жить! - возразил Гарднер. - Тебе не приходилось видеть фотографии ребят,
  которые в антирадиационных костюмах работают на АЭС в Харрисбурге? Заметь,
  смена у них не превышает пятнадцати минут. Дело в том, что такой костюм,
  если дольше находиться в нем в очаге заражения, начинает пропускать
  радиоактивные частицы, и человек облучается.
   - Все, что ты говоришь, - не более чем пропаганда! - заверещал Тед. -
  Русские любят народ так же, как и ты! Ты поешь под их дудку! Сколько они
  тебе платят?
   - Кто это тут ревет, как самолет при взлете? - насмешливо
  поинтересовался Гарднер. Он приблизился к Теду еще на шаг. - Тебе,
  конечно, кажется, что атомные реакторы гораздо привлекательнее, чем Джейн
  Фонда?
   - Если хочешь, - да, что-то вроде этого.
   - Прошу вас, друзья мои, - вмешалась встревоженная жена декана. - Мы
  можем