ниматели отправлялись на работу, выносили из квартир серебро, золото,
  меха и какие-либо другие ценные вещи.
   Эрнестина закончила:
   - Если бы я сказала тебе, сколько зеленых, не обложенных налогами, мы
  собрали, ты бы мне никогда не поверила.
   - Как же тебя поймали?
   - Это был мерзкий перст судьбы, киска. Одна из моих девушек накрывала
  стол к обеду в большом доме, а там была гостья, старая леди, у которой эта
  горничная работала и обчистила квартиру. Большой шум был. Когда полиция
  поднасела на девицу, та пропела на все голоса целую оперу, и вот - бедная
  Эрнестина здесь.
   Они вдвоем стояли у плиты.
   - Я не могу здесь оставаться, - прошептала Трейси, - мне надо кое о
  ком позаботиться там, на воле. Ты поможешь мне сбежать. Я...
   - Начинай чистить лук. У нас сегодня на ужин мясо по-ирландски.
   И она ушла.
  
  
   По тюрьме распространялись самые невероятные слухи. Заключенные знали
  все, что когда-либо случалось, даже задолго до их попадания сюда.
  Осужденные, известные как мусорные крысы, рылись в отбросах в поисках
  кусков бумаг с информацией, подслушивали телефонные звонки, читали почту
  начальника, и вся эта информация тщательно и скрупулезно усваивалась и
  пересылалась особо важным осужденным. Во главе этого списка стояла
  Эрнестина Литтл. Трейси сознавала, что охрана и заключенные относятся