ридцать минут каждое утро. Здесь допускались
  разговоры между заключенными, и кучки женщин перед обедом обменивались
  друг с другом новостями и сплетнями. Когда Трейси впервые пришла на
  площадку, то неожиданно почувствовала себя свободной. Это произошло
  потому, что площадка находилась на открытом воздухе. Она увидела солнце,
  клубящиеся облака, и там далеко, в голубом небе, она услышала далекий гул
  самолета, летящего совершенно свободно.
   - Это ты?! Ну-ка, я погляжу на тебя, - раздался голос.
   Трейси оглянулась и увидела огромную шведку, напавшую на нее в первый
  день в тюрьме.
   - Я слыхала, ты обзавелась чернокожим коблом?
   Трейси старалась вырваться из рук этой женщины. Но Большая Берта
  железной хваткой впилась в руку девушки.
   - Никто не уйдет от меня, - выдохнула великанша. - Будь хорошей,
  малышка. - Она прижала Трейси к стене своим огромным телом.
   - Уйди от меня прочь.
   - Что тебе нужно - так это хорошая трепка. Ты знаешь, чего я хочу? Я
  собираюсь поучить тебя. Ты будешь полностью моей, alskade.
   Знакомый голос позади Трейси проскрипел:
   - А ну, убери от нее свои вонючие руки, ты, задница.
   Эрнестина Литтл стояла тут же, огромные кулаки сжаты, глаза горели,
  солнце отражалось от черного, гладко выбритого черепа.
   - Ты не тот мужик для нее, Эрни.
   - Но вполне подходящий