К ним принадлежишь и ты. Это все твой
  мир. Я не знаю, как ты спуталась со всеми этими крысами там, на воле, но я
  догадываюсь, что кто-то к тебе присосался.
   Она опять взглянула на Трейси и сказала, почти застенчиво:
   - В своей жизни я имела дело со многими приличными штучками. Ты одна
  из них.
   Она отвернулась, и последние слова были едва слышны:
   - И прости меня за твоего ребенка. Я действительно...
   Этой ночью, после того как выключили свет, Трейси прошептала в
  темноте:
   - Эрни, я хочу сбежать. Помоги мне. Пожалуйста.
   - Я хочу заснуть, Христа ради. Заткнись ты, наконец.
  
  
   Эрнестина ввела Трейси в мир заушного языка тюрьмы. Группы женщин во
  дворе беседовали:
   - Этот кобел уронил ремень на серый брод и с него на тебя, а ты
  кормишь ее длинной ложкой...
   - Она была короткой, но они схватили ее в снегопад, и каменный коп
  засунул ее к мяснику. Это и прекратило ее подъем. Пока, Руби-до.
   Что касается Трейси, то ей казалось, что она слушает марсиан.
   - О чем они говорят? - спрашивала она.
   Эрнестина покатывалась со смеху.
   - Разве ты не говоришь по-английски, девочка? Когда лесбиянка
  "бросает ремень", это значит, она меняет роль мужа на роль жены. Она тащит
  за собой "серый брод" - это кличка такой, как ты. Она не может быть
  верной, это значит ты остаешься брошенной.