ах развевались цветные юбки
  и блузки, волосы - высоко подняты гребнями и украшены яркими цветами,
  прическа народа Андалузии. Танцоры-мужчины одеты в традиционные узкие
  брюки и жилеты и блестящие полуботинки из кордовской кожи. Гитарист начал
  наигрывать грустную мелодию, и одна из сидящих женщин запела по-испански.
   - Вы понимаете, о чем она поет? - прошептала Трейси.
   - Да. Я хотела бросить любовника, но пока я собиралась, он покинул
  меня и разбил мне сердце.
   Танцовщица перешла в центр эстрады. Она медленно начала танцевать, с
  простых шагов, постепенно убыстряя темп. Ритм становился жестче, и танец
  принял форму какого-то чувственного неистовства, вариации тех первых
  танцев, которые исполняли цыгане в таборах сотни лет назад. Музыка
  становилась более громкой и возбуждающей, танцевальные па разительно
  отличались от тех классических пируэтов, что все привыкли видеть на
  эстрадах. Танец казался чем-то фантастическим, грубым, чувственным,
  виртуозным, и его сопровождали традиционные выкрики из толпы исполнителей,
  стоявших и сидевших рядом с эстрадой. Крики выражали восторг, восхищение и
  просто помогали танцующим в быстром неистовом ритме.
   Внезапно музыка и танец прекратились, и на мгновение воцарилась
  тишина, которая тут же взорвалась бурей аплодисментов.
   - Она чудесна, - воскликнула