е говорилось там, в Париже, под мягким солнышком в кафе.
  А здесь сделать это совершенно невозможно. У нее совершенно не осталось
  сил подобрать веревку. Охрана найдет разрезанную веревку, самолет обыщут и
  ее поймают. Но все в ней воспротивилось и слилось в крике боли.
   - Нет! Нет! Нет!
   С неимоверными усилиями Трейси принялась собирать обрывки веревки
  контейнера. Она почувствовала, как самолет коснулся земли и ее швырнуло
  назад, так как моторы начали работать в обратном направлении. Она
  ударилась головой о пол и потеряла сознание.
   Боинг 747 катился вдоль посадочной полосы по направлению к конечному
  пункту. Трейси лежала на полу, волосы разметались по белому, как мел,
  лицу. Моторы остановились, воцарилась тишина, и Трейси очнулась. Она
  медленно, с трудом поднялась, держась за край контейнера. Новая веревка
  оказалась на месте. Она прижала ящичек с драгоценностями к груди и начала
  продвигаться к своему контейнеру. Она влезла в отверстие и шлепнулась
  внутрь, задыхаясь, тело горело от перенапряжения.
   Я все сделала. Но что-то она забыла, что-то очень важное. - Что?
   Перевяжите свой стеллаж.
   Она полезла в карман за мотком веревки. Он был потерян. Дыхание ее
  стало поверхностным, неровным, она словно оглохла. Ей показалось, что она
  слышит голоса, и заставила себя затаить дыхание и прислушаться.