пытался
  хладнокровно совершить убийство, мы верили, что этот субъект должен быть
  наказан со всей строгостью.
   Трейси почувствовала первые приступы паники. Она повернулась
  взглянуть на Перри Поупа. Он неотрывно смотрел на судью.
   - Обвиняемая призналась, что она пыталась убить одного из выдающихся
  граждан нашего общества - человека, известного своей благотворительностью
  и другими добрыми делами. Обвиняемая стреляла в него и пыталась украсть
  произведение искусства стоимостью полмиллиона долларов, - голос его резко
  раздавался в зале, - так вот, суд считает, что воспользоваться полученными
  за него деньгами вы не сможете в течение ближайших пятнадцати лет, потому
  что эти пятнадцать лет вы проведете в южной исправительной колонии для
  женщин штата Луизиана.
   Трейси почувствовала, как судебный зал закружился вокруг нее. Кто-то
  сыграл с ней злую отвратительную шутку. Конечно, отчасти судья был
  актером, но он сыграл не ту роль. В его обязанности не входило говорить
  эти вещи. Она повернулась к Перри Поупу за объяснениями, но тот отвел
  глаза. Он засовывал бумаги в портфель. Впервые Трейси отметила, что его
  ногти были обкусаны до мяса. Судья Лоуренс поднялся и стал собирать свои
  записи. Трейси стояла, оцепенелая, неспособная постичь происходящее.
   Бейлиф подошел к Трейси и взял ее за руку:
   - Пройдемте.