я камера едва вмещала четыре койки, маленький
  стол с треснутым зеркалом на нем, четыре маленькие табуретки и в дальнем
  углу туалет без сидения.
   Ее товарки по камере уставились на нее. Первой нарушила молчание
  женщина-пуэрториканка:
   - Поглядите, мы получили новую сокамерницу.
   Голос ее был грудной и низкий. Ее можно было бы назвать красивой,
  если бы не синеватый шрам от удара ножом, идущий от виска до горла. Она
  казалась не старше четырнадцати, если не смотреть на умудренные опытом
  глаза. Сидящая на корточках мексиканка среднего возраста сказала:
   - Добро пожаловать. Рады видеть тебя. За что они засадили тебя сюда,
  подружка?
   Трейси словно парализовало, она не смогла ответить.
   Третья женщина была черной, почти 6 футов ростом, с наглыми
  выжидающими глазами и холодным тяжелым выражением лица. Голова у нее была
  обрита и череп поблескивал черно-синим отливом в тусклом свете.
   - Твоя койка - вон в том углу.
   Трейси через камеру двинулась к койке. Матрас был грязный,
  выпачканный всякими выделениями Бог знает скольких предшественниц. Она не
  могла заставить себя прикоснуться к нему. Непроизвольно она выпалила:
   - Я не могу спать на таком матрасе.
   Толстая мексиканка усмехнулась:
   - Ну и не спи, милочка. Yay tiemp0. Можешь спать вместе со мной.
   Трейси вдруг ощутила