ощутил, как вверх по руке судорогой пробежал невероятно мощный
  разряд. Словно Джейк схватился за провод под высоким напряжением,
  только боли не было.
  
  Раскрыв "Чарли Чух-Чуха", Джейк вложил ключ в книгу. Взгляд мальчика
  вновь остановился на розе, и он понял: вот подлинный ключ - ключ ко
  всему. Не вставая с колен, Джейк двинулся к цветку; лицо его лучилось,
  глаза пылали, как озерца слепящего голубого огня.
  
  Роза росла из пучка невиданной лиловой травы.
  
  Стоило Джейку приблизиться к этому нездешне-лиловому островку, как ро-
  за начала раскрывать бутон. Лепесток за потаенным лепестком отверзала
  она темно-алое горнило, и каждый из них сжигала собственная тайная
  ярость. Джейк в жизни не видел ничего столь насыщенно, напряженно и
  абсолютно живого.
  
  Он потянулся грязной рукой к этому диву. Голоса принялись выпевать
  его, Джейка, имя. и в самое сердце к мальчику проник убийственный,
  беспощадный страх. Холодный, как лед, и тяжелый, как камень.
  
  Что-то было не так. Джейк чувствовал некий диссонанс, подобный глубо-
  кой уродливой царапине на бесценном произведении искусства или губи-
  тельной горячке, тлеющей под хладным челом больного.
  
  Это