уй, читать-то можно. Выше нос, чего скис-
  ла?
  
  Тоже в цвет, сказал себе Джейк. Хмыри вроде этого Генри даже самую
  несмешную хохму пихали на два шага дальше, чем нужно. а потом, когда
  кто-нибудь орал на них, оскорблялись: их, мол, не так поняли. И всегда
  это было "а чего, чего?", и "шуток, что ль, не понимаешь?", и "выше
  нос, чего скисла?"
  
  "На кой он тебе сдался, парень? - подивился он.- Если ты на моей сто-
  роне, на кой тебе сдался этот урод?"
  
  Но, когда мальчик развернулся и они с Генри опять зашагали по улице,
  Джейк получил ответ на свой вопрос. Черты лица у старшего из ребят бы-
  ли крупнее, тяжелее, щеки нещадно изрыты угрями, но в остальном сходс-
  тво оказывалось разительным. Мальчики были братьями.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Джейк отвернулся и неторопливо двинулся по тротуару впереди них. Тря-
  сущейся рукой он залез в нагрудный карман, вытащил отцовские солнечные
  очки и исхитрился водрузить их на нос.
  
  Сзади, словно кто-то постепенно поворачивал верньер радиоприемника,
  все громче раздавались голоса.
  
  - Зря ты так, Генри. Западло было так над ней стебаться.
  
  - Ей в кайф, Эдди.- Голос Генри: самодовольный голос человека бывалого
  и искушенного.-