сам се-
  бя.
  
  Женщина помоложе вдруг решительно освободилась из объятий старшей и со
  словами "ну, мне тут делать нечего!", не оглядываясь, припустила по
  улице.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Пальцы мальчика сжали серебряный ключ, и в тот же миг, откидывая со
  лба Джейка пряди потных волос, в коридор дохнул горячий нездешний ве-
  тер. На неком подсознательном уровне мальчик наконец понял, что такое
  этот дом и что происходит. В доме не просто был привратник - этот дом
  сам был привратником: каждая досочка, каждая чешуйка черепицы, каждый
  карниз и каждый подоконник - и сейчас он спешил за незваным гостем, на
  ходу обретая некое наудачу слепленное из разных кусков подобие своего
  истинного обличья. Он намеревался поймать Джейка раньше, чем тот суме-
  ет воспользоваться ключом. За исполинской белой головой и горбатой
  глыбой плеча мальчик видел, как доски, черепица, провода, осколки
  стекла, даже входная дверь и сломанные перила летят по главному кори-
  дору в бальный зал и пристают к громоздящейся там нескладной фигуре,
  неотвратимо приближая завершающий миг творенья - рождение урода, кото-
  рый и сейчас уже старался схватить Джейка своей невообразимой ручищей.
  
  Тут