ломила ветку, на которой он только что стоял,
  пропоров и сорвав с Эдди ботинок. Ошметки разодранного надвое башмака
  отлетели прочь.
  
  "Ничего-ничего, все нормально,- думал Эдди.- Если хочешь, братец Мед-
  ведь, забери оба. Чертовы штиблеты все равно давно сносились".
  
  Медведь заревел и хлестнул по дереву, оставив в древней коре глубокие
  раны, из которых потекла прозрачная живица. Эдди, не останавливаясь,
  судорожно карабкался вверх по редеющим ветвям. Осмелившись мельком
  глянуть вниз, он уперся взглядом прямо в мутные глаза медведя. Фоном
  для запрокинутой головы зверя служила поляна, превратившаяся в мишень
  с грязным пятном раскиданного кострища вместо яблочка.
  
  - Промахнулся, гнида косма.- начал молодой человек, и тут медведь, не
  опуская головы, чтобы видеть Эдди, чихнул. Эдди немедленно залило го-
  рячей слизью, замешанной на тысячах белых червячков. Они отчаянно из-
  вивались у него на руках, на рубахе, на шее и на лице.
  
  Пронзительно вскрикнув от неожиданности и отвращения, Эдди принялся
  прочищать глаза и рот, потерял равновесие и едва успел вовремя заце-
  питься сгибом руки за соседнюю ветку. Удерживаясь таким образом, он
  отряхивался,