то секрет этот оказывался поистине строжайшим - Эдди знал это по собс-
  твенному горькому опыту. Он задумался, не рассказать ли остальным, что
  он видел (или полагал, будто видел), и решил, по крайней мере до поры
  до времени, держать язык за зубами, а рот - на замке.
  
  Никаких признаков самой челюсти в костре не было - ни осколочка.
  
  - Затем, что у меня в голове заговорил вдруг властный голос, молвив-
  ший: "ты должен",- ответил Роланд.- То был голос моего отца; всех моих
  праотцев. Когда слышишь подобный голос, не повиноваться - и немедля -
  немыслимо. Так меня учили. Касательно же того, что это было, сказать
  ничего не могу. по крайней мере, сейчас. Знаю только, что последнее
  слово кости прозвучало. Я пронес ее через все, чтобы его услышать.
  
  "Или увидеть,- подумал Эдди и еще раз сказал себе: - Запомни. Запомни
  розу. Запомни форму ключа".
  
  - Она чуть нас не спалила! - Сюзанна говорила устало и раздраженно.
  
  Роланд покачал головой.
  
  - По-моему, это больше походило на потешные огни, какие бароны, быва-
  ло, запускали в небо на приемах по случаю проводов старого года. Яркие
  и пугающие, но не опасные.
  
  Эдди посетила некая мысль.
  
  - Роланд, а двоиться