Джона его не перехвалил...
   - Да ладно тебе, Джона. Цена этому поединку - две дохлые мухи,
  которые перед тобой на ринге ползают.
   - Послушай, Мэнни, тебе не кажется, что ты стал чересчур придирчиво к
  людям относиться? Пойду-ка я, братан, отолью. Идем, я угощаю, а то
  смотри, как бы не лопнуть тебе от злости.
   Тут он задрал голову вверх, туда, где крест-накрест сходились две
  линии зарешеченного коридора - настила, проходящего над спортзалом:
   - Эй, начальник! Ты хоть бы следил за этим парнем получше. А то он
  меня уже за задницу щиплет, я отбиваться устал. По-моему, ты его слишком
  долго в карцере держал. Слышь, Рэнкен?
   А я как-то в своих размышлениях да за болтовней не заметил, когда
  наверху Рэнкен появился. Вид у него что-то подозрительно странный. Да и
  каким ветром его сюда занесло?! Он в жизни не ходил смотреть боксерские
  матчи. А следующий раунд как раз и начался. Бак с первой же секунды
  разошелся не на шутку. Его противник, ухе, наверное, без сознания был,
  мешок мешком стоял, а Бак с такой скоростью бил по нему, что не давал
  опуститься на пол. Тренер Бака, брызгая слюной, орал своему подопечному:
  "Убей эту тварь! Убей его! Прикончи!" И только один негр-гомик вдруг
  закричал: "Да что ж ты, гад, делаешь?" И тогда Бак нанес короткий резкий
  удар, будто точку поставил, и замер неожиданно для всех. Застыл, не
  шелохнувшись. Толпа вокруг ринга ревела, неистовствовала, и в этом