ков работает против меня!) В
  горах Мэнхейм водителя высадил, и тому просто повезло, что, еще до
  наступления жуткого, даже летом, ночного холода на него набрели
  альпинисты, которые искали место для промежуточного лагеря. С основной
  своей базой они переговорили тут же, но у тех ближайший сеанс радиосвязи
  с Анкориджем был лишь утром. Так, час за часом, время работало на
  Мэнхейма, который, к ночи подыскав себе другое средство передвижения,
  стремительно удалялся от Стоунхэвна, и должен признать, что ему в этом
  очень сильно помогала форма моего охранника. Никто не хотел связываться
  с "человеком Рэнкена", к тому же обладавшим диким и крутым нравом.
  Последний раз его видели в форме уже в Сьюарде, где он сумел нанять
  одного местного мужичка с катером и перебрался в Канаду. Мужичок
  вернулся с карманами, набитыми деньгами, и всем растрепал, что "люди
  Рэнкена - охламоны, каких свет не видывал" и что "в Стоунхэвне сидят за
  решеткой порядочные американские граждане, над которыми сам Рэнкен
  измывается, как хочет". Вот мразь! И Мэнхейм - мразь, и мужик этот с
  катером - тоже! Ну, и исчез беглец, ни звука о нем не было слышно до
  сумасшедшего ограбления в Рино. Третий раунд должен выиграть я. И я не
  смирюсь до тех пор, пока не увижу перед собой труп Мэнхейма. Не хочу,
  чтобы он утонул в Американке. Я уверен, что он жив. А если он жив, то
  пробирается к железной дороге или