ил Бака за куртку, я шагнула, чтобы помочь...
  Поскользнулась... Удержаться не за что... Прости меня, господи, за грехи
  мои... Как не хочу умирать... Мамочка, родная моя, спаси меня... Неужели
  это и есть смерть?
   Все нутро Лока содрогалось от желания. В предвкушении грядущего
  удовольствия он ворвался в горную толщу. Лок знал маршрут, как каждую
  свою заклепку, и знал, что после тоннеля будет мост. Старый, держащийся
  на честном железнодорожном слове, которому веры не было ни на грош, мост
  у Сенеки еле выдерживал черепашью скорость грузовых поездов, а сейчас
  Лок чувствовал собственную мощь. Он не знал, чем кончится его игра со
  смертью, но знал, что она стоит свеч. Знал, что в укрытии у моста
  скопилось несколько аварийных бригад, что люди, все как один, уставились
  сейчас на секундомеры, не смея поднять глаза на черную дыру тоннельного
  выхода. Несомненно, кто-то с самыми слабыми нервами обязательно скажет:
   "Уже скоро! Он будет через две-три минуты..." К сожалению, Лок не
  сможет показать все, на что способен, потому что этим троим, копошащимся
  где-то позади Лока между другими локомотивами, удалось разбить пару
  кабелей и немного погасить скорость сцепки. Лок порадовался, когда
  женщина оказалась на пару минут в стальном чреве почти под локомотивом,
  но попутчики выцарапали ее из самой пасти жуткой смерти. Выцарапали уже
  в кромешной тьме тоннеля.
   Когда Лок вырвался из мрака