сбил им огромную
  сосну у канала примерно в миле от Ферн Крест. Причем на скорости
  совершенно безумной - сто двадцать. Зачем он поехал туда так поспешно,
  никто так и не сумел выяснить, но самое поразительное то, что на машине не
  осталось ни царапинки.
   А Майер "кильнулся".
   Потом он сказал, что чувствовал себя весьма станно. Как будто был
  очень далеко отсюда. Прогулка по пляжу, купание, пара упражнений - все это
  мы проделывали каждое утро, и в то утро, как обычно, он был в полном
  порядке. Мы уже возвращались домой, как вдруг, на середине подъема, он
  остановился, смотрит на меня и говорит глубокомысленно:
   - Я думаю, Трэв, я...
   Я жду продолжения. Он улыбается, закатывает глаза и валится ничком на
  теплый песок. А он огромный, как медведь, к слову сказать. Я хватаюсь за
  голову, первое, о чем я думаю - инфаркт. Я переворачиваю его, стряхиваю
  песок с лица и поспешно прикладываю ухо к его огромной волосатой груди.
  Что я в этом понимаю? "Тум - БУМ, тум - БУМ, тум - БУМ." Может быть,
  слишком сильно? Но это естественно, мы же только что плавали, Какая-то
  случайная толстая и очень сердобольная женщина хватает детское песочное
  ведерко, наливает полное воды и пытается отмыть Майера от песка,
  набившегося и в волосы, и за шиворот. Я тем временем поджидаю "скорую". У
  нас на пляжах это дело хорошо поставлено. Они появились через четыре
  минуты. Меня пускать не хотят, пока я не говорю, что был рядом с ним все
  это время.