и справляют таким образом медовый
  месяц. Уже четырнадцать месяцев справляют.
   - Только дочери? Никаких других наследников, которым он хоть
  что-нибудь оставил?
   - Только Линде, больше известной как Гуля.
   - А ты собирался тогда ехать с Тедом на новые поиски?
   - Он не просил меня об этом, и я не знаю, собирался ли просить
  вообще. Нельзя сказать, что он был обычным соседом с языком без привязи.
   - Его адвоката вы знаете?
   - Да. Я уже думал об этом. Я спрашивал у него. Нет, ответил он,
  профессор Тед Левеллен не поручал ему на хранение никаких записей и
  никаких книг. Звать его Том Колайр. Фолл, Колайр, Хэсплин и Батс. Том был
  назначен соисполнителем завещания, вместе с поверенным Первого Банка
  Побережья.
   - Колайр - приличный человек?
   - Думаю, да. Династия юристов. Уже не молод. Большая солидная
  практика, к тому же он крупный земельный арендатор. А почему ты
  спрашиваешь?
   Фрэнк молча и задумчиво поглаживал свежий, недавно зарубцевавшийся
  шрам на тыльной стороне левой руки: огромная отметина, сияющая новенькой
  туго натянутой розовой кожей, не меньше двух дюймов длиной.
   - Где это ты умудрился?
   Он смотрел на шрам все так же задумчиво, словно видел его впервые в
  жизни.
   - Это? Какой-то ублюдок оставил на палубе гаечный ключ, я наступил на
  самый край, взмахнул руками, чтобы за что-нибудь уцепиться, а в это время
  в машинном отделении как раз выпустили пары. Я угодил рукой в самую