, когда спускали на воду "Монтерей" и
  "Марипоза". Но у нас не существует техники, способной поднять такие
  махины. Как ты думаешь, обладали в таком случае инки каким-либо знанием,
  недоступным нам? Вот именно. Знания - наиболее бесценная вещь на земле,
  подчас именно из-за того, что совершенно не ценится.
   Я часто раздумывал после над его словами, возвращаясь к ним раз от
  разу, и всегда при этом неприятный холодок пробегал у меня по спине. Я
  поклялся про себя когда-нибудь непременно съездить и посмотреть на ту
  гиганскую глубу, надеясь, что после этого меня перестанут мучать по ночам
  кошмары, в которых я упорно и безуспешно пытаюсь сдвинуть ее с места.
   Одно было ясно: Тед Левеллен слишком много сил положил на то, чтобы
  добыть эти сведения; он не смог бы уничтожить ни страницы из "моего
  сновидения" и вообще из своих исследований, даже если бы считал, что они
  представляют интерес исключительно для него, а не для всего человечества в
  целом.
   Я вспомнил еще одну вещь, немаловажную в данном случае. Когда мы,
  после того, как сломалась помпа, пока еще оставались все вместе на "Лани",
  обсуждали возможные будущие предприятия, Тед излагал нам свои проекты по
  памяти, извиняясь, что не может теперь же дать нам взглянуть на записи и
  вычерченные планы.
   Вывод напрашивался сам собой: он не хотел подвергать риску внезапной
  катастрофы с ним или с яхтой даже часть своих записей. С другой стороны,
  мы живем во времена ксерокса, IBM, дискет,