ы уселись в тенечке, вдыхая
  запах яхты и прислушиваясь к шуму порта. На Говарде не было надето ничего,
  кроме красных плавок. За то время, что мы не виделись, я уж и забыл о его
  размерах. Из него можно было бы выкроить двоих Мак-Ги. Кажется, ему теперь
  было около двадцати семи. Чистое, сильное тело почти лишенное
  растительности. Загорелая гладкая кожа. Ленивый взгляд. Слой жирка. Но это
  впечатление обманчиво. Говард относился к тому физическому типу людей,
  который под жиром прячут железные мускулы. Несмотря на медвежьи размеры,
  такие люди очень быстры, ловки и сильны. Типичный легкоатлет, вышедший в
  тираж. Я как-то играл с Говардом в волейбол на Лодердейлском пляже. Что
  может быть лучше: натянуть сеть, очертить поле на мягком теплом песке и
  разыграть пару мячей погожим днем. Я дурачусь подобным образом только
  тогда, когда чувствую себя в отличной форме, а это, похоже, бывало все
  реже и реже в последние годы. Завсегдотаи площадки обрадовались новичку,
  как кошка мыши, и вознамерились всласть погонять его. Не тут-то было!
  Старина Говард метался за мячами, гасил свечи, перехватывал подачи с
  ловкостью и неутомимостью профессионала, смеясь во все горло, выкрикивал
  что-то при броске, словом получал истинное удовольствие. Он даже не
  запыхался.
   Однажды вечером, за неделю примерно до свадьбы с Гулей, он рассказал
  мне о своей футбольной карьере. Из-за каких-то дисциплинарных трений он
  играл в свой звездный год в Гайнесвилле только