пояс глубиной.
  На самом деле, настоящей могиле должно бы быть и поглубже, но мое внимание
  привлек тихий звук, то ли шорох, то ли плеск, прямо у меня под ногами. Я
  осветил дно могилы фонариком и увидел, что сквозь песок начинает
  просачиваться вода. Удачное я выбрал место. Кончив копать, я воткнул
  заступ в землю, а сам сел рядом, над ямой, свесив ноги вниз и застирая
  затекшие руки и плечи. Отдохнув, я пошел к Коллайру. Я подкатил его
  поближе к свету - не только для того, чтобы было видно мне, но и для того,
  чтобы было видно ему - и принялся изучать содержимое его карманов. Прежде
  всего я извлек бумажник. Уютно усевшись по-турецки рядом с одной из ламп,
  я разложил на коленях все, что мне удалось оттуда извлечь.
   Сам бумажник тоже был весьма недурен: тисненой кожи, с золотыми
  углами и инициалами. Но содержимое превзошло все мои ожидания.
   Кредитная карточка Американ Экспресс. Куча визиток. Членский билет
  Атлантик-Клуба и многих других, судя по названиям, аналогичных. Три
  пятидесятки, четыре двадцатки, пара десяток и пара однодолларовых бумажек.
  Я порылся еще и из потайного отделения извлек две пятисотенную и
  стодолларовую банкноты. Ого! Тысяча триста семьдесят два доллара за не
  слишком глубокую яму. Деньги я отложил, а его карточки и водительские
  права - там были и они - засунул обратно в бумажник. Они послужат ему
  утешением.
   Итак, деньги я засунул себе в карман, а бумажник, изящно
  развернувшись,