льствием бы общипали, выпотрошили и
  поджарили всех янки, до которых им позволили бы дотянуться. Может быть,
  даже съели бы, предварительно густо поперчив. Что-то говорили мне, что в
  свободном Самоа это мое наблюдение перерастает в уверенность.
   С приходом вечерней прохлады меня потянуло прогуляться. Я неспешно
  вышел из отеля, миновал немногочисленные дома, утопающие в зелени, и
  обнаружил за ними некое подобие торгового центра - прямо у дороги. Как
  выянилось, это называлось Тихоокенской Торговой компанией. Жители Самоа
  продавали всяческую одежду из Японии, Индии и Тайваня таким же жителям
  Самоа. Я выбрал себе две тонкие белые рубашки из отличного индийского
  хлопка; две пары шорт; полосатые, как восточный халат, плавки; плетеную
  соломенную шляпу из Уругвая, с большими полями и высокой тульей и пару
  кожаных сандалий, состоящих из сплошных ремешков. Все цены здесь
  оканчивались цифрой "99 центов". Торговаться было, видимо, не принято.
  Шляпу я надел тут же, у прилавка. Какой-то малыш немедленно вызвался
  донести мне покупки. Я дал ему десять центов за то, чтобы он позволил мне
  сделать самому. Мальчишка оказался сообразительный и, тут же оценив
  ситуацию, радостно сообщил мне, что каждый раз, когда я что-нибудь куплю в
  пределах Паго-Паго, он будет счастлив повторить сделку. В отель я вернулся
  уже затемно, когда над островом последние минуты догорал дивно золотой
  закат. Выбравшись на крышу, я нашел там очень недурной бар