жиром красный кулак, чем на лицо человека. Он привстал, широко
  расставив ноги и с рычанием замахнулся своим гарпуном прямо мне в лицо. Не
  знаю, может, прежде ему и не доводилось не деле доказывать свою решимость
  убить человека, но мне почему-то не хотелось экспериментировать. Черт его
  знает, какие темные инстинкты могли проснуться в нем от злобы и обиды.
  Перед ним стоял обидчик, наглый и пока безнаказанный. А захолустье его
  было очень, очень далеко.
   Что-что, а реакция у меня всегда была отличная. Я не уверен, что
  успел что-то сообразить, все получилось само собой. Да и времени на
  размышления не было. Я увидел несущийся на меня гарпун и в мгновенье ока
  очутился за стулом, перепрыгнув его. Миллз кинулся вслед за мной, я
  подхватил стул, чтобы швырнуть в него, но то ли не расчитал движения, то
  ли зацепился за что-то, стул вырвался у меня из рук, а я сам отлетел в
  сторону, саданувшись об пол затылком. Нелепая ситуация. Послышались
  возгласы, на драку начали обращать внимание. Эй, гляньте, сейчас этот
  краснорожий пригвоздит к полу того малого.
   По-своему он был тоже весьма проворен, как это часто бывает у толстых
  людей. Я увернулся, откатившись, в самое время, его гарпун выбил искры из
  булыжника как раз там, где секунду назад была моя голова. Промахнувшись,
  он не растерялся и живо изготовился добить меня третьим ударом. На мой
  взгляд, чересчур живо.
   Он нависал надо мной огромной тушей, широко расставив ноги, высоко
  занеся