ри условии, что на аферы будет снимать не более десяти процентов
  общей суммы ежегодно. По достижении сорока ей по завещанию отходят все
  права - ей или ее детям, на равных условиях. Если она умрет, не дожив до
  этого возраста, ее дети делят наследство только после того, как младшему
  исполнится двадцать один, а до этого имеют те же права, что и она сейчас.
  Ловко, а?
   Оставшись во Флориде, Гуля не стала продавать "Лань". И мы понимали
  ее. Это была наименее горькая память о лучших днях. Она так и жила на боту
  яхты, и не было в Бахья Мар человека, который не считал бы себя ее другом.
  В колледж она возвращаться не захотела. Всему на свете не научишься, а в
  том, что она не могла сделать сама, ей был готов помочь каждый. Но вскоре
  из всех готовых помочь явственно выделился один, и никто не был против:
  Ховард Бриндль. Его давненько не видали в округе, но раз появившись возле
  Гули, он взялся вести ее хозяйство с такой невозмутимостью, словно делал
  это всю жизнь. Он никогда не бездельничал. Он всегда появлялся вовремя и
  не гнушался никакой работы.
   Когда его постоянство стало чем-то большим, чем просто дружеская
  услуга, весь городок единогласно решил, что так, наверное, будет лучше. Мы
  с Майером взяли на себя нелегкую роль родителей взрослой дочери и всячески
  изводили Говарда.
   Майера это получалось великолепно: "Ты хочешь чего-нибудь добиться в
  жизни, Говард? Кем ты собираешся стать? Или ты решил, став счастливым
  молодоженом, остаться им на всю жизнь?"