блемах настоящего момента.
   Мы вздохнули и уютно устроились на все еще разобранной постели,
  бормоча и улыбаясь, как дети. "М-м", - сказала она. И добавила: "Да
  ладно". Внезапно вывернувшись у меня из-под руки, быстро поцеловала меня и
  спряталась опять. Ее глаза сияли и лучились.
   - Я все равно собиралась с тобой это проделать.
   - Еще раз расставить все по местам?
   - Я хочу сказать, я решила, что будет только справедливо, если ты и
  вправду потребуешь этого от меня.
   - Что значит "справедливо"?
   - Я же беззастенчиво тобою пользуюсь.
   - Преднамеренно?
   - Ну разумеется, черт бы тебя побрал. Кроме того, я занимаю у тебя
  достаточно времени своими бреднями. Правда, я никогда не давала тебе
  случая.
   - В самом деле?
   - Конечно! Я-то знаю, что я такое. И теперь, когда мы оба знаем, что
  в моей голове происходит что-то забавное, ты вернешься во Флориду, а я
  наверное буду думать о том, как развестись с Говардом, повидаю его и,
  вероятно вернусь на яхту; мы продолжим круиз и я накоплю еще кучу
  странностей. Нет, все это слишком жутко. Я не смогу выдержать этого
  заново. Никогда. Но существует одна единственная вещь, которая могла бы
  удержать меня от возвращения к нему. Ты понимаешь? Только одна, и зависит
  она от нас. Еще тысячу лет назад я хотела, чтобы ты сделал это, а ты
  отнекивался... Ты был невероятно, невыносимо упорен в своем отказе.
   - Я вообще упрям в отказе от противозаконных деяний. Это