енения. Как зрение, слух, обоняние, осязание
  или вкус, она была физической реакцией на людей, место или события, которые
  с ним происходили, естественной частью его существа, которая обеспечивала
  поступление сенсорной информации, которую затем воспринимал и оценивал мозг.
   Теперь он имел возможность ощущать гибельность, присутствующую и в доме,
  и в собственных родителях, и понимал, что рано или поздно ему придется их
  покинуть. Между ними не было ничего общего, он был здесь лишним. Либо ему
  придется отвергнуть дом, либо дом отвергнет его.
   Не хотелось думать, что может произойти в таком случае.
   При этом от Биллингса не исходило никаких подобных флюидов; Биллингс был
  непроницаем, и это пугало. Они с Биллингсом всегда отлично ладили, помощник
  был ему вроде дядьки, но теперь, каждый раз встречаясь с этим человеком, он
  вспоминал про его дочь, и вся доброта и заботливость, которую проявлял
  Биллингс раньше, теперь казалась нарочитой, фальшивой, и Марк старался
  держаться от него как можно дальше.
   Родители, кажется, поняли, что произошло, почувствовали, что он обладает
  свежеприобретенной Силой, и их отношение к нему изменилось. Не кардинально,
  но ощутимо. От него по-прежнему требовалось неукоснительно соблюдать
  установленные отцом правила, находиться в определенных местах в определенное
  время и выполнять определенные функции, но появилась сухость, легкая
  эмоциональная отстраненность, и хотя в