ритуалу, где она впервые об
  этом услышала, равно как не помнила, доводилось ли ей видеть где-либо
  изображение Мэри Уорт или хотя бы встречать ее описание. Единственное, что
  она знала, - Мэри Уорт очень старая и очень страшная.
   Но теперь она поняла, что лицо в зеркале точь-в-точь похоже на лицо Мэри
  Уорт, которое она себе представляла в детстве.
   Шелли уставилась в зеркало и моргнула.
   Где же ее собственное отражение?
   До последней секунды она как-то об этом не задумывалась. Вся остальная
  комната совершенно отчетливо отражалась в зеркале, не было только ее самой.
   Ее место заняла Мэри Уорт.
   Если раньше она ощущала испуг, то теперь ее охватил невыразимый страх; с
  нарастающим ужасом она наблюдала за тем, как старая карга извлекает из
  складок халата длинный серебристый нож, крепко обхватив чернеющую рукоятку
  костлявыми морщинистыми пальцами. Шелли быстро обернулась, чтобы убедиться,
  что никакой реальной Мэри Уорт нет и в помине, потом оглядела себя,
  проверяя, не появилось ли на ней самой чего-либо лишнего, не одета ли она
  сама в черный халат и не вытаскивает ли из его складок непонятного
  происхождения нож.
   Нет.
   Но в зеркале она по-прежнему видела не себя, а Мэри Уорт, чья кривая
  ухмылка стала еще шире, неторопливо поворачивающуюся, сжимающую в руке нож и
  направляющуюся к кровати, в которой лежит читающий журнал Сэм.
   Шелли видела в зеркале, как старая ведьма начала