л он. - Где ты ее достал?
   Отец гордо улыбнулся.
   - Выменял. Теперь нам будет полегче. Может быть, лет через пять мы
  купим еще одну лошадь. Представляешь? У нас будет две лошади.
   Дальше этого - иметь двух захудалых лошаденок, тянущих повозки по
  грязным, запруженным народом улицам краковского гетто, - воображение его
  отца не простиралось. Сэмюэль едва сдерживал слезы.
   Ночью, когда все заснули, Сэмюэль пошел на конюшню и внимательно
  осмотрел лошадь, которую назвали Ферд. Худший экземпляр трудно было себе
  вообразить. Худая, старая, с глубокой седловиной, хромая. Сомнительно,
  чтобы она могла ходить быстрее, чем его отец. Но не это было важно. Важно
  было то, что у Сэмюэля появилось наконец лабораторное животное. Теперь его
  эксперименты не будут зависеть от того, удастся или не удастся ему поймать
  бездомного кота или крысу. Конечно, надо быть осторожным. Отец не должен
  знать, чем он занимается. Сэмюэль погладил лошадь по голове.
   - Будем заниматься фармацевтикой, - доверительно сообщил он Ферд.
   В углу конюшни, где стояла Ферд, Сэмюэль соорудил импровизированную
  лабораторию.
   В густом бульоне он вырастил культуру бактерий дифтерии. Когда бульон
  помутнел, он перелил часть его в сосуд, разжижил и немного подогрел.
  Наполнив шприц, подошел к лошади.
   - Помнишь, что я тебе говорил, - прошептал Сэмюэль, - настал твой
  великий день.
   Он воткнул шприц в складками