я о череде
  собственных одиноких дней рождения. Он обратился с просьбой к директрисе
  позволить ему повести Элизабет в ресторан. Они сели в машину Риса и
  покатили в аэропорт.
   - Но в "Невшатель" в другую сторону, - сказала Элизабет.
   Рис невинно поглядел на нее и проговорил:
   - А кто сказал, что мы едем в "Невшатель"?
   - А куда же?
   - В "Максим". Это единственно достойное место, где можно справить
  пятнадцатилетие.
   Реактивный авиалайнер компании доставил их в Париж. Обед был
  роскошным.
   Начался он со страсбургского пирога с трюфелями, за которым
  последовал суп из омаров и хрустящая утка с апельсинами в сопровождении
  особого салата, приготовляемого только в "Максиме", а завершился
  шампанским и праздничным тортом со свечами. После обеда Рис повез Элизабет
  на Елисейские поля, и поздно ночью они вернулись в Швейцарию.
   Это был самый прекрасный вечер в жизни Элизабет. Непостижимым образом
  в компании Риса она почувствовала себя интересной собеседницей и
  красавицей, и это было восхитительно. Когда Рис подвез ее к школе, она
  сказала:
   - Не знаю, как мне благодарить вас. Я... Это был самый лучший день в
  моей жизни.
   - Не меня надо благодарить, а отца, - усмехнулся Рис. - Это он все
  придумал.
   Но Элизабет знала, что это было неправдой.
   Про себя она решила, что Рис самый лучший из людей, которых она
  когда-либо