и загорала под знойным
  средиземноморским солнцем, а когда по ночам дули ветры, лежала в постели и
  слушала завывание поющих скал. Она посетила карнавал в Темпио, куда
  собрались одетые в национальные костюмы почти все жители окрестных
  селений. Скрытые масками домино, девушки сами приглашали юношей на танцы,
  и все были вольны делать то, что в другое время никогда бы себе не
  позволили. Юноша мог думать, что переспал с какой-то определенной
  девушкой, но утром он уже не был так в этом уверен. Кажется, размышляла
  Элизабет, что все они исполняют функции статистов в пьесе "Гвардеец".
   Она ездила в Пунта-Мурро и наблюдала, как сарды варили на кострах
  мясо молодых барашков. Островитяне угощали ее seada, козьим сыром,
  покрытым тестом и облитым горячим медом. Она пила восхитительные
  selemem0nt, местное белое вино, которого нигде в мире нельзя было купить,
  так как оно слишком быстро портилось и потому никуда с острова не
  вывозилось.
   Ее любимым притоном в Порто-Черво была таверна "Красный лев",
  крохотный кабачок в полуподвале, где стояло всего десять столиков и
  небольшой старинный бар в углу.
   Элизабет окрестила эти каникулы Временем мальчиков. Все они были
  богатыми наследниками, толпы их осаждали Элизабет, приглашая ее на
  бесконечные пикники с купанием в море и лихими поездками на автомобилях.
  Это был первый раунд "боя